laquo;Надо шарашить из всех орудий raquo;, - Андрей Костин, президент - председатель правления ВТБ

Андрей Костин объяснил, чем его завораживает ВТБ, как банк будет контачить с миноритариями, отчего не хочет закупать банки в России и кто его стержневой конкурент.

С момента проведения IPO в мае прошлого года котировки акций ВТБ потеряли больше трети. Но те, кто расстался с акциями банка, пожалеют об этом, уверяет Костин.

В беседа редакции "Ведомостей" он рассказал, что собирается прирастить ВТБ "минимум на полтора нынешних Сбербанка" невзирая на важный финасовый кризис.

- Вот уже год, как ВТБ - публичный институт. Что принципиально поменялось в банке за это время?

- IPO стало ключевым моментом для дальнейшего развития ВТБ, его позиционирования в качестве ведущего банковского учреждения Европы. Крупный успех, что мы успели угодить в докризисный период, - мировой финансовый кризис, тот, что потом разразился, называют самым глубоким за последние 30 лет. В этих условиях мы вынуждены осуществлять тот проект и те обязательства, о которых объявили в ходе размещения. Нам говорили, что мы не сможем развиваться, не сможем занять денег на международных рынках. Но нам удалось перестроиться и осуществить намеченное. Итоги прошлого года - лучшее тому подтверждение.

Хотя кризис не закончился, мы не видим серьезных оснований для разговоров о замедлении темпов развития или корректировке стратегии с мощной экспансией. Тот самый год мы также сумеем миновать нормально.

- Какие акционеры доставляют больше головной боли: институциональные инвесторы или граждане?

- За пределами конкуренции находится пресса. А с институциональными инвесторами мы непочатый край работаем, и претензий с их стороны нет. Они вразумительно понимают, что менеджмент отвечает за результаты деятельности банка, а не за цену акций. Цену акций определяет рынок. И гутарить в эти дни про цены, не принимая во внимательность жесточайший финансовый кризис, конечно, невозможно. Если крупнейшие банки мира рапортуют о миллиардных убытках и списаниях, мы, напротив, увеличиваем прибыль. Но инвестор ведет себя ныне в равной мере по отношению ко всем финансовым институтам. А нам приходится более жестко конкурировать с западными банками за монеты инвесторов. Потому что в текущее время ведущим американским банкам требуются десятки миллиардов долларов на капитализацию. Падение их котировок было более существенным. Потому инвесторы могут думать, что и потенциал роста их бумаг выше.

Что касается частных инвесторов, я весьма сильно переживаю. Хотя и понимаю, что какие-либо действия нынче для резкого изменения ситуации предпринять сложно. Мы отменили взимание комиссии за хранение акций, мы вписали предложение об увеличении дивидендов. Думаю, инвесторы тоже должны понимать, что прошло меньше года. А, вкладывая средства в акции, стоит все-таки планировать на среднесрочную перспективу. Ну и менеджмент старается все свершить для того, чтобы результаты деятельности банка были позитивными. И когда рынок будет восстанавливаться, это должно напрямую сказаться на цене акций нашего банка. Я уверен, что эти гроши не потерянные.

- Как выстраиваете общение с частными инвесторами?

- Мы создали круглосуточный колл-центр, в том числе и для инвесторов, ведем активную работу с клиентами, мы будем проводить открытые мероприятия для них. Например, планируем их составить в мае. Как раз тогда, когда начнется ознакомление с материалами к годовому собранию.

- Сколь большущий наплыв частных инвесторов ожидаете на собрании акционеров? Навык "Роснефти" показал, что их численность может быть большой, а вопросы от них - неудобные.

- На том собрании я сидел в президиуме. И не боюсь неудобных вопросов, потому что не боюсь ответственности. Мне не стыдно за то, что сделали я и моя команда за концевой год. Считаю, что более динамичной структуры сегодня на банковском рынке нет. Наша сеть кроме стран ЕС проникла в Индию, Китай, Африку, а подъем внутри страны без затей феноменальный. Мы три года обратно были нуль в рознице. Сегодня "ВТБ 24" занимает второе местоположение и по кредитам, и по депозитам на розничном рынке. Мы вечно движемся, все время увеличиваем доходы. Об этом и будем вещать инвесторам. Нет такого вопроса, на который мы не смогли бы ответить. Я думаю, что, как и в случае с "Роснефтью", могут прийти немного тысяч человек. Эти люди не определяют результат голосования, но тон собранию задают как раз они.

- Зачем же капитализация ВТБ упала больше, чем у большинства российских компаний и более того банков?

- ВТБ - один банк, акции которого котируются на международной бирже. Не считая, пожалуй, банка "Санкт-Петербург", но там объем эмиссии несравнимо меньше. Оттого из крупных российских финансовых институтов на международном фондовом рынке мы на практике в одиночестве. Помимо того, у нас нет длительной истории котировок, а у инвесторов - опыта работы с нами. Есть и ещё одно пояснение - инвесторы сдавали более ликвидные акции, потому как что из них было проще выйти. Хочу поворотить участливость еще на единственный миг - фарт нашего IPO базировался на вере инвесторов в то, что ВТБ сможет продолжить агрессивный рост. И страхи, которые появились в отношении замедления роста во всех отраслях по всему миру, тоже сыграли определенную роль.

- Была бы возможность, вы бы стали корректировать цену размещения?

- Изначально и мы, и наблюдательный совет предлагали более низкую цену. Но говорить, что стоимость была неправильная, я бы в текущий момент не стал. Тогда был прочий рынок, и переподписка была на порядок. Андеррайтеры были едины во мнении - занижать цену в тех условиях было неправильно. Правильность выбора подтвердила динамика котировок акций следом размещения - они поднялись на 5%. Специалисты мне говорили, что более большой увеличение означает недобор по цене, падение - перебор.

- Банк предпринимал какие-то усилия, чтобы прийти на помощь падающие котировки?

- Банк в то время как ничего не предпринимал. Под занавес прошлого года, перед началом резкого падения в январе и феврале сообща со всем рынком, бумаги практически вернулись на порядок цены размещения. Мы не исключаем в принципе каких-то шагов, но в ситуации обвала рынка и тяжелейшего финансового кризиса инвестор не реагирует на это. Рапорт о прибыли General Electric или статистика по безработице в США больше могут влиять на цену ВТБ, чем любые хорошие новости из Москвы. В этой ситуации нужно вручить рынку успокоиться, разобраться главные ориентиры. И откопать такую нишу, чтобы, когда начнется ожидаемое ралли, оно коснулось тебя в первую очередь. Хотя нам капитализировать банк покуда нет смысла, мы видим, что многие инвесторы продали наши акции, а сегодня ждут момента для их приобретения.

Мы заинтересованы в том, чтобы посреди наших акционеров появился более стабильный, стратегический инвестор. Вследствие этого мы ездим с презентациями по всему миру. И считаем, что если крупные инвесторы, в том числе и суверенные фонды, будут вкладывать в нас в качестве портфельных инвесторов (как это уже сделали сингапурский Temasek и строй других), то появится более значительный спрос на наши акции и большая стабильность в их поведении. Ну а чем больше фондов работает с нашими бумагами, тем это лучше для дальнейшего развития банка: они знакомятся, начинают следить, и партнерство с ними может развиваться.

- Насколько качественный и количественный состав инвесторов изменился с момента IPO?

- Мы стараемся отслеживать этот вопрос, но волатильность рынка сильно высока. И мы знаем, что значительная количество наших первоначальных инвесторов продала по крайней мере долю портфеля, а опосля опять скупила его. То есть торговлишка идет довольно активная. Но в целом капельку менее 20% от общего числа - это спекулятивные инвесторы. Что касается географии, то возле трети расписок у американских покупателей. Дальше идут Великобритания, континентальная Европа, Азия, и в особенности Сингапур.

- У многих аналитиков создалось впечатление, что ВТБ обменивается с другими банками облигационными выпусками, чтобы вслед за тем обретать под них финансирование от ЦБ...

- Моя любимая тема. Многие сотрудники отговаривали от такого шага, мол, подумают инвесторы, что у нас сложности с ликвидностью. Но я с самого начала заявил: в кризис надобно шарашить из всех орудий, необходимо применять все возможности, чтобы объехать конкурентов. Кто в кризисе может работать, тот умеет трудиться и в нормальной ситуации. Поэтому все, что разрешается изготовить с ликвидностью, мы будем делать. Текущей ликвидности благодаря стараниям Минфина и ЦБ сейчас достаточно.

Но мы лоббируем в интересах финансового сектора и клиентов более активное размещение долгосрочных средств для развития банков и экономики страны. И предложения мы высказывали на встрече банкиров с Владимиром Путиным. Речь идет, в частности, о более широком использовании средств Пенсионного фонда внутри страны, о возможности использования части средств Фонда национального благосостояния внутри страны и других моментах. Не считаю, что это панацея. Но ликвидность банка должна возводиться на трех китах. Это депозиты клиентов, международные заимствования и средства, связанные с государством. Думаю, что последняя доля должна быть сегодня и участником развития рынка корпоративных ценных бумаг.

Вот мой базовый подход. А дальше всякий банк должен обозревать на состояние своих пассивов и активов. Нельзя, конечно, набирать только короткие пассивы за счет Центрального банка и вкладывать в десятилетние кредиты. Но употребить сегодня возможностями, которые предоставляет государство, разумно. В конце концов, Федеральная резервная организация США объявила о сделках на 200 млрд. долларов с ипотечными кредитами, банк Англии - на 100 млрд. долларов. 30 млрд. долларов получил J. P. Mоrgan на Bear Stearns, и это считается нормальным. А когда мы получили от ЦБ на Гута-банк 700 млн. долларов, все говорили о патронаже государства. Давайте не будем до того лицемерными и пугаными. Есть источник ресурсов, давайте его забирать и передвигаться вперед, рскручиваться быстрее, чем западный мир.

- А почему тогда банк не активен на аукционах Минфина?

- Мы будем эти источники использовать по мере необходимости. Но по-настоящему мы нацелены на работу по долгосрочным средствам. Под занавес прошлого года от корпоративных клиентов мы привлекли 10 млрд. долларов, фокусируемся на розничных депозитах. Как только откроется оконце возможностей, будем привлекаться на Западе, оттого что там позволительно принять денежки на 5-7 лет, а в России пока совершить это достаточно трудно.

- А если оконный проем не откроется?

- Будем выламывать форточку. Мы еще осенью прошлого года во многом переориентировались на внутренний рынок. По внешним займам у нас на этот год план в 5 млрд. долларов - не такая уж большая сумма для нас, мы найдем, чем ее заместить. Сегодня экономика России довольно ликвидная. Иноземный рынок кроме того не может быть закрыт. Как вариант, изучаем выпуск самурай-бондов в Японии. Мы, в принципе, капиталы найдем, в мире их много. Инвесторы длительно не могут сиживать на деньгах - они им не приносят капитала.

- На что в первую очередность намерены их потратить?

- У ВТБ нет приоритетов в кредитовании. Каждая отрасль экономики имеет долю в нашем портфеле. Так, из Merrill Lynch мы взяли одну из ведущих команд для инфраструктурных проектов. Вследствие того что что эта отрасль будет здорово развиваться. Образец тому - здоровенный диаметр в Санкт-Петербурге, Орловский тоннель, скоростная путь Белокаменная - Петербург и проч. Меняется формат экономики, меняется и кредитный портфель: растет доля обрабатывающей промышленности, будет бум в сельском хозяйстве. Я верю, что в ближайшие несколько лет в России будет бум капитализации российских компаний. Потому что что численность клиентов сегодня, приходящих за деньгами для приобретения активов, шибко большое.

- Многие жалуются и на большое число клиентов в офисах "ВТБ 24"...

- Да, и меня это крайне расстраивает. Но такая задача есть. Поэтому ведем подготовку кадров, совершенствуем технологии и продолжаем хоть отбавляй вкладывать в них. Тут я многим недоволен. И когда мне поступает какая-то жалоба, то лично разбираюсь с ней. Но улучшения есть. И хотя у клиентов возникает порой справедливое недовольство, никто не испытывает отторжения от ВТБ.

- То есть терпение по отношению к Михаилу Задорнову еще не лопнуло?

- Я радуюсь, что Михаил Михайлович состоялся как банкир, и совсем не ревную. А без малого трехкратный рост с выходом на прибыльность и построение большого числа офисов - это славный итог прошлого года. Издержки на формирование ритейла очень большие, но они в настоящий момент безболезненны для группы.

- Почему ВТБ не удается консолидировать 95% акций "ВТБ Северо-Запад"? Кто стоит за кипрской компанией, собравшей 10% акций?

- Кто бы ни стоял, мы стараемся справить предельный пакет, и мы его соберем.

- А что вы думаете про историю с офертой, когда на рынке цена бумаг "ВТБ Северо-Запад" достигла цены, указанной в оферте, еще до ее опубликования?

- Насколько я понял, злоупотреблений со стороны менеджмента не было. Наша главная проблема - снабдить интересы наших инвесторов и владельцев акций "ВТБ Северо-Запад". Сам ход был справедливым, и держатели акций не пострадали, а цена выкупа, на мой взгляд, должна их устроить. К сожалению, система организации оферты очень неэффективна с точки зрения действующего законодательства. Она подается на согласование в ФСФР за две недели, контролировать утечку информации за рамки узкого круга людей становится сложно.

- Когда у вас будет 95% акций "ВТБ Северо-Запад"?

- Надо дожидаться результатов оферты. Хотя слияние для нас все одинаково остается более предпочтительным способом, чем если бы легко забрали активы у банка и закрыли его.

- Почему до сих пор не сделали этого?

- Законодательство нам не позволяет. Оттого что сегодня оно дает право требовать досрочного погашения для всех кредиторов. При текущей ситуации на рынке это неразумно.

- Что будете делать?

- Надеемся на поправки в законодательство по аналогии с западным, которые уже подготовлены. Мы объявляем, что реорганизация не наносит ущерба инвесторам, а несогласные обращаются в суд.

- С какой целью ВТБ вступает в "Сберкарт"?

- Мы не вступили. Но договорились с Германом Грефом, что ВТБ готов пособить национальную платежную систему. Но чтобы она не называлась "Сберкарт". По-другому один из участников рынка получает преимущество. Возражений со стороны Грефа не последовало. Процесс работы запущен, там будет видно.

- Как поменялись отношения с Грефом потом того, как он возглавил Сбербанк?

- Никак. С Германом Оскаровичем у нас давние и уважительные отношения. А Сбербанк для нас основной конкурент. Надеюсь, что и ВТБ для него. О каких-либо договоренностях по работе на рынке речи быть не может. Но это не мешает нам бродить к президенту с согласованной позицией. Я в свою очередь предложил Герману Оскаровичу разобрать вопросительный мотив об объединении кредитных бюро.

- Но Греф был членом совета ВТБ, привлекает, как и вы, McKinsey, а заявления о международной экспансии и развитии инвестбизнеса напоминают стратегию ВТБ?

- Безотносительно к Сбербанку. Никто, повторяющий кого-то, не преуспеет в бизнесе. Первый конкурент - я сам, вчерашний. И проблемы - улучшить и обойти себя. Рынок сегодня огромный. Доля Сбербанка на розничных кредитах - треть, на депозитах - половина. Но их касательство к ВВП в России вдвое меньше, чем в Восточной Европе. То есть чтобы вылезти только на этот уровень, надо отгрохать три Сбербанка. Я хочу создать полтора. А полтора нехай воздвигают другие. Вот и все. Внешняя конкуренция меня не так заботит. Главное, чтобы мы выдерживали темпы роста.

- То есть комплекса второго вы не испытываете?

- В личной жизни это, наверное, неприятно, а в коммерциале нормально...

- Период покупок в России закрыт?

- В 2007 г. активы ВТБ выросли почти на 40 млрд. долларов. А теоретически в России разрешено получить банк с активами максимум 15-20 млрд. долларов. Причем активы в этом месте в различие от Америки не подешевели. Придется переплачивать и прикрывать дублирующую сеть, получив другую банковскую культуру и IT-систему. С целью 50 млрд. долларов на это не возбраняется пойти. Для 10 млрд. долларов - бессмысленно. Лучше раскрывать собственные офисы.

- А "Русский стандарт" как пример нишевого игрока привлекает?

- Я не обращался и не слышал, чтобы Рустам Тарико продавал банк. Мы из сильного рыночного банка взяли команду - вот правильное решение. Но я не зарекаюсь. Хотя стремительный рост за счет поглощений не вижу, как обеспечить.

- А в инвестбизнесе возможны приобретения? Правда, что ВТБ интересовался Dresdner Kleinwort?

- Прошлое комментировать неинтересно. Сегодня планов приобретать Dresdner нет. Мы делаем свойский план и уверены, что будем ведущим игроком. Не вижу смысла в этакий покупке, хотя Dresdner единственный из сильных игроков с именем, стоящий разумные деньги. Мы смотрели российские банки, но этот период пройден.

Меня поразило другое - к нам приходят из Lehman Brothers, Morgan Stanley, Deutsche Bank. В основном российские граждане, есть по семь лет не бывавшие в стране. Приезжают и говорят - мы хотим созидать русский инвестиционный банк. Это, пожалуй, завершающий большой проект, который можно сформировать на развивающихся рынках. В Нью-Йорке на роуд-шоу представители инвестбанков спрашивали о возможностях найма!

- Вы можете явиться в составе обновленного кабинета министров?

- Каждый там может появиться, но мне никто этого не предлагал. Да я и сам не хочу. Меня завлекает моя работа, и я не хочу ее оставлять. В жутко интенсивном режиме мы прошли полпути по созданию банка европейского уровня. Я верю, что руководство будет отличное и без моей фамилии.

- Оно очень может обновиться?

- Я надеюсь, что Алексей Кудрин [возглавляет наблюдательный совет ВТБ] останется в правительстве, я не вижу ему адекватной замены. Ясна обстановка с премьером и президентом. Остальное, открыто говоря, не волнует. А коли ясным образом формируется политика государства, можно действовать и над стратегией банка.

Биография

Родился 21 сентября 1956 г. в Москве. В 1979 г. окончил экономический факультет МГУ по специальности "экономист-международник". До 1990 г. работал в МИД Совьет юнион (последние пять лет - в посольстве Советский союз в Великобритании)

1992

стал одним из основателей Российской инвестиционно-финансовой компании

1993

замначальника управления иностранных инвестиций банка "Империал"

1995

1-й зампредседателя Национального резервного банка

1996

председатель Внешэкономбанка

2002

президент - председатель правления
Внешторгбанка

ВТБ
второй по величине активов банк в Восточной Европе

активы - 92,6 млрд. долларов
(на инициация года по МСФО).
капитал - 16,5 млрд. долларов
чистая польза - 1,5 млрд. долларов
Капитализация - 25,7 млрд. долларов
Акционеры - держава (77,5%), остальные акции
в свободном обращении.
Группа ВТБ ведет дело в 17 странах в трех частях света (Европа, Азия и Африка). Филиалы ВТБ и дочерних банков находятся в Индии, Китае и Сингапуре, есть СП во Вьетнаме.

Работа и роздых банкира

Костин очень любит театр: "Готов летать на представления Мариинки в Нью-Йорк, тем более что я член американского фонда театра"

"Мама всегда задается вопросом, почему так немало работаю? В силу того что что мне в кайф!"

- смеется президент ВТБ. Действительно, что может быть интереснее, "когда ведешь экспансию в Китай и Индию, общаешься с американскими инвесторами, поднимаешь коммерциал в России", рассуждает Костин. По его мнению, отдых не должен мешать работе: "Например, отъезжать в отпуск с 23 декабря в банке можно только католикам. Прогуливаться два рождества - запредельная роскошь. Так же как и на каждые школьные каникулы всей семьей колесить в Дубай".

В Дубае Костин на самом деле любит переводить дыхание - но редко и недолго. Длительный отдых в дальних странах ему вообще не нравится:

"Помню, был на Таити - 14 часов отличалка с Москвой. И я в 8 вечера в воскресенье, когда в Москве 10 утра понедельника, уже на трубке - начинаю тормошить народ, который хотел либо поспать, либо несложно решил расслабиться".

Главной своей базой отдыха он считает Крым. Правда, признает он, "рыбалка для меня не подходит - чрезмерно медленно, а поездки в охотхозяйства чаще всего заканчиваются большим ужином".

Keywords: